Мои одногодки наверняка помнят   песню  "Голубые города" из фильма "Два воскресенья". В советские времена немногие из нас были "выездными", поэтому лично меня песня тревожила, вызывая огромное желание посетить далёкие - далёкие страны и найти места, по которым можно, как в песне, тосковать.

Голубые города


 А.Петров - слова Л.Куклина. Исп. Эдуард Хиль

Первым "голубым" городом стала для меня Вена. В далёком 1976 году выбирать , куда поехать, не приходилось: в лучшем случае, это могла быть Болгария. Но мне повезло: я была активным комсоргом (помнит ли кто-нибудь сейчас это слово?!), и партийные боссы благосклонно включили меня, "положительную" девушку из целинного сибирского посёлка с красивым названием "Цветочное", в состав делегации ЦК ВЛКСМ на зимние Олимпийские игры в Иннсбруке. Это, конечно, было событие с большой буквы, - стать болельщиком спортивных состязаний самого высокого уровня, да при этом ещё и побывать в капиталистической стране!

Конечно, Австрия - очень красивая страна. Но сказать, что она меня "поразила", я не могу. В памяти почему-то отложились какие-то мелкие детали, например, запахи кофе, о которых я, девушка из российской глубинки, до того времени и понятия не имела; запахи "заморских" духов; женщины за рулём красивых автомобилей (у нас в те времена "крутить баранку" было привилегией мужчин, и отец не разрешал мне садиться за руль "на людях", почему-то считая это неприличным, хотя в то же время горделиво рассказывал всем, что рулю я хорошо); я запомнила удивительный вкус двух напитков - "кока" и "лимонадэ", и каждый день на вопросы официантки: "Coca or limonade?" мучилась с ответом, потому что хотелось получить и то, и другое одновременно.

Из австрийцев мне запомнилась только Ангелика, хозяйка нашей гостиницы в Вене. Мне нравились её спокойные манеры, одежда, язык, на котором она разговаривала, и который я совершенно не понимала. И почему-то мне очень нравилось то, что она курила. Может быть, этому способствовал дым от её сигарет, - он был необычно - заграничным, каким-то чудно - ароматным и совсем не похожим на жуткий дым наших махорки да "Беломора". А, может быть, сигарета в её руках была для меня неким олицетворением личной свободы, - что хочу, то ворочу. В нашей (и не только) деревне мы жили с оглядкой на то, что о тебе люди скажут, или подумают. Шагу было не ступить без этой мысли. С одной стороны, это хорошо, ограждает от дурных поступков; с другой - плохо, потому что ты вечно зажат в проявлении своих чувств и желаний. Вернувшись из Австрии, я  начала курить. Возможно, вот так, не самым лучшим образом, я выдавливала из себя раба. Правда, тайно от всех,- зато целенаправленно, заработав себе дурную привычку на всю последующую жизнь.

В оправдание этого хочу сказать, что на одну плохую у меня появились и две хорошие привычки: я стала заниматься цветоводством, как средством украшения приусадебного участка и придания ему "европейского" вида, и английским языком, как средством международного общения. Языком, как и курением, занималась тоже тайно, чтобы не прослыть идиоткой, спикающей с курами да коровами. Он пригодился мне много лет спустя, открыв "окно в Париж". Да и сайты мои  появились на свет во многом благодаря тому, что я изучала сайтостроение, листая англоязычные интернет-странички.

А поводом для изучения языка стал... стыд за невежество. Случилась со мной в Иннсбруке вот такая история: в день закрытия Олимпийских игр я получила билет на показательные выступления сильнейших фигуристов мира. Мне досталось место где-то под потолком олимпийского дворца. Ну, что оттуда можно увидеть? И я, по деревенской привычке занимать креслице в клубе по принципу "кто первый встал, того и тапочки", перебралась на свободное кресло у самой ледовой арены. Радовалась, что я из всей группы оказалась самой находчивой, потому что сначала обожаемые всей страной спортивные кумиры скользили по льду прямо перед моим носом, а потом ещё и церемония награждения проходила в двух шагах от меня. Награды вручал Президент Международного Олимпийского Комитета лорд Келланен; рядом с ним находился и Президент Австрии. Для меня это, конечно, были страшные величины, и я смотрела на церемонию во все глаза.

Когда фанфары отгремели и толпы народа двинулись к выходам, я поняла, что вернуться под потолок к своей группе не смогу. И жутко испугалась, потому что шаг влево - шаг вправо мог быть тогда расценен как побег. Я решила срезать путь, скользнув к выходу, где народа не было. И тут мне навстречу вывалилась целая толпа полицейских. Молодые и бравые, они почему-то окружили меня, взявшись за руки, и не хотели выпускать из этого кольца, при этом лица у них были жутко серьёзные.
Наша "австрийская" группа. Я - справа.Наша "австрийская" группа. Я справа. 1976г.

Вы не поверите, но в тот момент я подумала, что это провокация, и меня хотят оставить в капиталистическом рае силой. Вдруг полицейские вытянулись по струнке, а прямо на меня двигались и лорд, и президент с супругами. Представьте картинку: в центре круга стоит растерянная клуша в спортивном костюме и сапогах на неудобных каблуках (валенки-то для меня поспособнее были бы , а сапоги - это ж фарс для заграниц!); под мышкой у клуши новенькая цигейковая шубка (подаренная отцом в честь выезда в Европу), из рукава которой торчит оренбургский пуховый платок. Глядя на меня, лорд спрашивает о чём-то полицейского,тот ему что-то отвечает, вся толпа начинает смеяться, и лорд идёт ко мне, протягивая руку. Что-то говорит, я его не понимаю, но, на всякий случай, предупреждаю: "Я from Россия!" Потом мне протягивают руки остальные присутствующие, им я тоже сообщаю, откуда я. Видя, что ничего страшного не происходит, ловлю момент и подсовываю лорду билет для автографа, получаю его, на ходу кричу "спасибо" и несусь к выходу. Кое-как нахожу свой автобус, колёса которого пинает перепуганный насмерть руководитель группы; на его речи (приблизительно такие: "Где ты была, мерзавка?!!!") отвечаю: "А не скажу!".

До конца поездки со мной никто, кроме Володи Вешникина, не разговаривает, - как с предателем Родины. Не успела я ступить на свой родной деревенский порог, как следом за мной в дом вошел товарищ из КГБ. Побеседовал, посмеялся, уехал, чтобы вернуться через несколько лет и стать моим мужем. Вот такая романтическая история, связанная с первой попыткой увидеть "голубые города".

Путешествовала я много, и в пути встретила две любви с первого взгляда. Одна - это Санкт-Петербург & Павловск. Другая - Seattle &Tacoma. С Павловском и в Павловске я живу. И не представляю, что когда-нибудь смогу с ним расстаться. А в голубых снах летаю туда, где оставила частичку своей души. Трудно объяснить, почему, например, сказочный Копенгаген - ну, совсем не "мой", а вот Seattle & Tacoma снятся и снятся...

Админша Наталья

Люблю талантливых людей...
Они - как луч среди развалин.
И непохожестью своей
Всегда восторг мой вызывали.

Люблю талантливых людей,
Кто может жить без разрешенья
И пережитков, и властей,
Чтоб стать потом для них
Мишенью.

И чем заметнее мишень,
Тем легче на нее наехать.
Ты все-таки жилет надень
Из сплава мужества и смеха.

Люблю талантливых людей...
В наш век их очень не хватает.
А без таланта нет идей.
Нигде - ни в Сочи,ни в Китае.

 

А.Дементьев

Яндекс.Погода

Мнение

Хорошая фотография — это «побочный эффект» интересного образа жизни.

Фотографии Елены Шумиловой

Елена Шумилова. Альбом "Календарь"