•  

     

     

     

    КРЫМ
  • 1

Стр.1 : Василий Жуковский. Поездка в Крым. Путевые заметки. Год 1837-й.
Публикуемый материал является крымским фрагментом «Дневников» В.А. Жуковского. Печатается по тексту Приложения к «Русской старине» (СПб., 1901).

Стр.2 : В поисках самого себя (о личных причинах Жуковского поездки в Крым)

*****

В. Жуковский. Портрет.Выехали <из Одессы> 31 <августа> в половине седьмого после обеда, отобедав с Ник<олаем> Раевским1, который много говорил о Пушкине. Он выслан из Вознесенска.

1 сентября. В 7 часов утра в Николаеве. Широкий Буг, на берегу его деревня. На Буге верфь. Вблизи обсерватория, прекрасное здание в стороне, окруженное лесом тополей и верб. Город красивый. Есть здания довольно огромные, все прочие приятной архитектуры. Останавливались пить кофе в Николаеве. Прекрасный чистый город, до 40 тыся<ч> жит<елей>, считая 13 тысяч войска. До 50 капиталов. Удачная постройка кораблей.., которая ст<оила> более миллиона. Бенкендорф сбавил 10 процентов; жид 90 тысяч с каждого корабля; другой еще 30 тысяч. Херсон посреди голой пустыни. У въезда множество мельниц. Тюремный замок. Мерзкая гостиница на почте. У жида. Памятник Потемкина. Объезд города. Много жидов. Крыльцо на улицу. Главная улица Греческая; дом губернатора, мишурный. Площадь дурная, но живописная. Переправа через Ингулец близ станции Ингульской. Падение.

2 <сентября>. Перекоп. Лунная ночь с облаками. Французские путешественники. Перекоп, большая площадь из мазанок. Груды арбузов. Огромные телеги скрипящие, запряженные волами, и при всех собаки. На обоих концах площади степь. Армянский базар. Низкие мазанки. Домики формы восточной. Собаки. Вербл<ю>ды. Ровная степь. Подернутое небо. Дорога совершенною степью. Желтый цвет зелени. Арбузы. Мальчик, стекла и мухи. Вдова молодая хозяйка. Вид гор. Облака над ними. Холмы. Деревья. Арбы азиатские. Верблюды. Вид на горы. Прекрасное восхождение луны. Прибытие в Симферополь ввечеру. Яркость луны. Горы как дым. У Муромцева2, Казначеев3 и Арен<д>т4. Остановился в доме Петрова.

3 <сентября>. Пребывание в Симферополе. День потерянный. Утром приготовление к отъезду. Визит Казначееву, где нашел полковника Безнева5, давшего мне карту. Завтракал у Муромцева, где явились Башмакова6 и потом Муравьев7. В самую минуту отъезда остановился за больною ногою и провел остаток дня дома. Это к лучшему. Сильный ветер и дождь, и дорога была бы испорчена. У меня провели вечер Муравьев и Арендт.

4 <сентября>. Выезд в дождь. В Мамут-Султане останавливался у Мемет мурзы. Пил кофе. Ел пироги саурма берек. Курабье, пирожки из муки и меда. Каймак и кебан борит на сковороде (мед, масло). Переезд через Та-ушан-Базар в Алушту; великолепная долина между высоких утесов, начи-на<я> от Тауш<ан>-Базара идет вверх. На переломе ее колонна Александрова8, а ниже Кутузовский источник9. Прекрасный вид, испорченный дождем. В Алуште встреча с Кеппеном10. На минуту в Орестов дом. Оттуда по высокому берегу в Биюк-Ламбат. Сильный дождь. Вид на Кастель. Алустон. Чудная дорога от Биюк-Ламбата. Темною ночью по крутизне спуск к Кара-багу. Поэтический милый домик не на самом живописном месте. Гротен. Дурная ночь. Простуда.

5 <сентября>. Пребывание в Карабаге. Целый день дождь и попеременно сильный ветер. Обход виноградника. До 170 сортов. Лучший — виолетовый мускат. Кипарис. Фиговое, миндальное, ореховое, каштановое деревья; лавр; крупная рябина. Крымских татар до 140.000; остальные русские, колонисты, греки, караимы. Татары степные чистые, татары горные смесь, ногайские татары в Мелитопольском уезде чрезвычайные разбойники. Русские по границам, в центре колонисты и менониты, молокане и духоборцы. После обеда прогулка к Кучук-Ламбату. Гора Кастель впереди. Хаос камней. В море утес, имеющий вид церкви, и пред ним монах. Предание о освящении дома развратного владельца, коему монахи монастыря на Аюдаге отказали; один монах согласился, замок разрушился, а монах в камень. Владение Бороздина, Андрея Михайловича11, в Кучук-Ламбаде. Ввечеру луна. Потом сильная буря и дождь.

6 <сентября>. Переезд из Карабага в Никиту. Поутру рисовал. В девять часов отправились верхом через Биюк-Ламбат в Партенит. Татарская хижина в Биюк-Ламбате. В гостиной дивные полотенцы. На очаге казанок, на полу пшено, в алькове рябина. Женская часть. Хаос корзин, тряпья, жестяных кувшинов, алькоран. Плоская кровля и трубы. Вид на Кастель. Вид на Партенит. Дом муллы. Ореховое дерево принца де Линя12. Его описание неверное. Переезд через хребет Аюдаг в Артек. Вид залива. Церковь. В экипаже до спуска. Спуск темною ночью в Никиту. Чудная дорога, памятник Воронцову. Потемкина13 и ее тенденция к прозелитизму. Гартвис14 и его жена, урожденная Розен из Дерпта.

7 <сентября>. Переезд из Никиты в Алупку. Поутру рисовал. Осматривал с Гартвисом Никитский сад, учрежденный для обогащения плодами жителей Крыма Ришелье, усовершенствованный Румянцевым и Стивен15 (такие же сады в Пензе, Полтаве, Екатеринославле). Корковый дуб. Лавровая роща. Все прелести лучших климатов на воздухе. У Мюл<ь>гаузена16 в Магараче (Паузилиппо). Он знал и лечил Батюшкова в первые минуты сумасшествия17. Из Магарача через Ялту и Орианду. Царская Орианда. (Сход к морю и скалам. Взъезд на высоту скалы, где был замок. Черепица. Стенка старая). Из Магарача в Марзанду18. Церковь. Домики. Потом мимо дома Исленьева19 в Ялту. Прекрасная долина, мол. Церковь. Таможня. Ауткинский водопад. Орианда: Царская, Дибичева, граф Витта. Перемена лошадей в Мисхоре, приехал темною ночью. Трактир. Семен Тимофеевич Ягницкий20.

8 <сентября>. Пребывание в Алупке. Поутру с адъютантом гр<а>фа Воронцова гуляли по саду. Верхний сад весь из равняемых скал, между коими чудные растения. Водопады. Аллеи. Пещеры. Нет далеких видов. Дом из тесаного гринштейна. Непонятно, как можно кончить к приезду императора. Поездка в Гаспру через Мисхор и Кореис. Мисхор. Прекрасная долина. Лавровая роща. Худая церковь. Дом: Цан21 и куклы. Дом Голицына22. Вид на Сименс и Ай-Петри. Дождь. Рисованье. Хор<о>шая уборка дру<гих> горниц без индивидуальности. Гостиная с гербами. Рыцарские шлемы. Обедал у Голицыной23. М-е Hartvis24. Возвращение с нею в Алупку. Отдал карту накануне Орлаю25 для пересылки в Симферополь Аполлосу Агафоновичу Безневу26 (?).

9 <сентября>, четверг. Переезд из Алупки в Бахчисарай. Выезд в 9 часов. Взъезд в виду Алупки. Ай-Петри. Сосновый и дубовый лес. Просвет на Сименс и Кикинеис. Взъезд по крутизне. Ошибка проводника. Утес и два вида совершенно противоположных. Переезд через пажити, где холод и зима. Встреча с Орловым27 и Гогенлоге. Спустились по зиг<з>агу. Конечный утес. Виды доро<гой> в блеске воды. Место для отдыха. Река, напоминающая Лучину28. Прелестные места с просветами на реку и утесы при ярком освещении. Вид на долину, вверху утесы над рощами и речкою. Вид на долину вниз. Обед у Мемет мурзы; его сыновья Селамет Газан и Шехан Бей. Обед из: шорбы (суп), бек балык (форель), пилавы и сармы. Рисование. Мулла. Хозяин извозчик. Путешествие в темноте до Бахчисарая. Скрип арбы. Вершинка. Тихая езда. Долина. Тополи и утесы. Равнина. Месяц. Бахчисарай. Путешествие пешком. Городничий. Дворец. Осмотр горниц ночью. Двор. Пушкин<а> фонтан.

10 <сентября>, пятница. Поездка в Чуфут-Кале. У меня Булгаков29, городничий, предводитель и адъютант графа В<оронцова>. Осмотр дворца. Ворота. Чоходары. Янычары. Куфический камень. Диван. Кровавое мщение. Поправка дворца. Фонтан Пушки<на>. Поливка. Длинный город. Утесы. Жилища бедных и цыган. Закуре<н>ные впадины. Ряд лавок. Табак. Сады. Медрезе и памятник Менгли Гирея. Монаст<ырь> Успенск<ий>. Маленький храм на двух колоннах. Не монастырь, а церковь. Сторож с же<но>ю и церковный причет. Служба в некоторые только дни. Прожекты с 1811. Чуфут-Кале. Проводник караим. Переезд через речку. Проезд через Иосафатову долину под Чуфут-Кале. Роща дубовая, замощенная гробами. Переезд к Тебе-Кермен. Вид от Чатырдага до Севастопольского рейда. Переезд государев. Возвращение через Чуфут-Кале. Вид города. Живописность. Лица. Синагога и пальба. Памятник дочери Тохтамыша30? Окрестности. Гробница с прекрасно сделанною надписью. Свод под нею. Прах встревожен. Завтрак у караима. Пирог и варенье. Ворота. Сон до обеда. После обеда рисованье. Осмотр харема, мечети и гробниц ханских... План Бахчисарая.

11 <сентября>, суббота. Собирался ехать в Каралес, но замедлили лошадями, и решился остаться. Приезд Воронцова и Муромцева31. Прекрасный вид собравшегося народа. Караимы в белых чалмах. Сима Бобович32, красн<ый> кам<зол>, зеленое бархатное нижнее платье. Горы, увенчанные народом. Татарки в белых саванах. Приезд императрицы. К<нязь> Долгоруков33. Картиннее на царскосельских линиях. Освещенн<ые> мечети, дворы, горы. Гарем. Явление караимских женщин и их костюм. Марья Николаевна34 в татарском костюме. Дервиши35 в мечети. Поклоны. Лай. Кружение. Молитва. Музыка из тамбуринов и скрипок и песни. Чтение Бахчисарайского Фонтана.

12 <сентября>, воскресенье. Утром разговор с гр<афом> Воронцовым. Рисунки у императрицы и прерванный разговор. Отъезд в дож<д>ь с Адель-беем36 до Каралеса. Разорванные утесы и волдыри утесов. Татарская гостеприимность. Честность без всякого доброжелательства. Каралесская долина. Грязь. Встреча с Гаммерш<тейном>37 и Сиверсом. Приезд поздно в Севастополь. Переезд в катере на мокрых шинелях. Остановился в комнатах Барановой38.

13 <сентября>, понедельник. Поутру с архитектором ходил по городу. Вид с башни телеграфа. На башне адмиралтейской. Рисовал бухту. Потом в монастырь св. Георгия. Дорога пустынная. Излишняя колокольня; митрополит39 гостеприимный. Возвратился в 7 часов, поехав в двенадцать. Нашел Константина Ивановича40.

14 <сентября>. Переезд в Байдары. Осмотр дока. Четыре шлюза. Установка корабля... Отъезд в 5 часов. Мерзкая коляска. Длинная дорога и грязь. Пустыня. Лагерь на ровном месте. Синие горы от Чатырдага до Балаклавы. Место, откуда вид на синие вершины и на Севастополь. Дорога все в гору. Проезд сквозь ворота. Спуск. Вид на Кадикой. Амфитеатр, над кот<орым> мыс Айя. Балаклава. Между гор голых тихий залив. Имя великого князя дает квартиру. Кочубей41. Его... жена. Рисование в доме. Плавание до дверей залива. Грозное дыхание моря. В нижней башне. Балки, вода, трубы, надписи. Обед. Устрицы, плацинда. Дорога плохая. Долины вниз открытые. Облачное небо. Свет и тень. Мускона42. Варнутка. Чудесный вид Байдарской долины при вечернем освещении. Яркий общий свет. Свет красный сквозь облака. Пункты яхонтовые на багряной зелени. Фиолетовые горы на зеленом поле. Деревья. Чалмы. То же, что глетчеры в высоте. Бедность деревни.

15 <сентября>, середа. Переезд из Байдар в Алупку. Туман. Его разные фазы. Выезд в половину восьмого. Солнце. Взгляд на Байдары сверху. Лес. Игра лучей в лесу. Разнообразие деревьев, форма стволов, мелколиств<енный> дуб — малой рост. Кустарники и камни. Густой лес до Мердвена. Вид в прорезы. Завтрак. Спуск по лестнице (палка). Змея между разрушения. Спуски и взъезды. Проезд принцев43, пока рисовал. Встреча на тропе. Встреча с татарином и его женою. Мухалатка. Имение полковника Бюрно. Имение Демидова. Мимо его ворот. Кикинеис; живописные хижины, мельницы, кровли, дети, прекрасные огороды, женщины. Сила. Примеры. (Сила. Ее характер. Одна воля. Он. Нижний. Севастополь. Крым. Грузия. Кавказ. Встреча с ним на дороге. Вид на него с башни в Севастополе. Гром пушек). Спуск к скале Диива. Аймен. Симеис. Взгляд на Яйлу и Ай-Тодор. Скала Айя (?). Вид на Алупку. Кеппен. В трактире. Болезнь от винограда.

16 <сентября>. Пребывание в Алупке. Рисовал с кровли. Свид<ание> с в<еликою> княгинею44.

17 <сентября>. Пребывание в Алупке. Раевский45.

18 <сентября>. Пребыв<ание> в Алупке. Воронцов. Фикельмон46. Раевские. Прибытие государя. Эрцгерцог Иоанн, принц Лихтенштейн47. Раевский и обед в палатке. Потоцкая и Витт48. Иллюминация. Мои рисунки.

19 <сентября>, воскресенье. У обедни в Хореисе. В Гаспре, потом в Мис-хоре у Толстой и Нарышкиных49. Обед в доме подле Тизенгаузен50. Отъезд государя и великого князя. Вечер у Воронцова. У меня Раевский.

20 <сентября>. Приезд Зонтага51. Прогулка вместе с гр<афинею> Воронцовой52. Обед в большом доме. У меня Зонтаг и Голицин. За обедом подле гр<афини> Шуазель53. Вечер у великой княгини54 с гр<афом> Виттом.

21 <сентября>, вторник. Переезд из Алупки в Орианду. У императрицы с Воронцовым. Просьба, принятая сухо. Бобович55. Фовицкий56 у меня с Кеппеном. Отъезд через Мисхор. Встреча с Потоцкою. Холод. Рисование в Хореисе. Посещение Мещерского57. У него Нессельрод58. «Mon comte, vous etes en Crimee comme si vous assistiez a un congres»59. Бруно. Приезд ночью в Орианду. Scene galante interrompue60. Фикельмон. Интересный разговор о политике, Пушкине, драме, романах, В<альтере> Скотте, Шатобриане, Тургеневе, истории.

22 <сентября>, середа. Рисовал на балконе. Прогулка с Виттом. Завтрак с Потоцкою. Прощание. Повторение вчерашней сцены. Поездка к водопаду через Аутку. Ялта. Дом Исленьева61. План. С Зонтагом в Массандру.

23 <сентября>, четверг. Рисовал. Расставание с Зонтагом. В Никите на лошадях. Спуск к Ай-Данилю. Давка вина. Выжимка. Погреб. Сток вина. Брожение. Труба в воду. Из Ай-Даниля в Юрзуф. Переезд к Аюдагу. Отсюда один в Артек. Патиг. Голицына. Приятный вечер и хороший ночлег. Вечер с Гагариным.

24 <сентября>, пятница. Поутру в сад с Патигом. Обвал. Переезд через Партенит в Куч<ук>-Лампад. Худая лошадь. Андр<ей> М<ихайлович> Бороздин62; его жена и дочь <Гагарина>, — русский беспорядочный дом. Переезд в Карабаг, оттуда в Б<июк>-Лампад. Конец верховому странствию. Падение лошади. Скала могил и церковь. Переезд ночью в Алушту при лунном и звездном сиянии.

25 <сентября>, суббота. Пребывание в Алуште и переезд в Симферополь.

26 <сентября>. Неудачная поездка в Карасубазар.

27 <сентября>. Пребывание в Симферополе. Обозрение города. Базар. Цыганы. Виды. Обед у Муромцева. Визиты. Муравьев.

28 <сентября>. Поездка в Саблы. Пр<иезд> великого кня<зя>. Садовник Чернов. Фан.

29 <сентября>. Выезд. Переезд в Перекоп. Завтрак в Трехабламаче. Вечер со Спасским63, который показывал свои сибирские и крымские рисунки. Встреча с Потоцким.

30 <сентября>. Переезд в Ново-Воронцовку. Болезнь Арсеньева. Осмотр остатков укреплений перекопских. Валы. Ров. Остаток по берегу Сиваша. Пересыхающий Сиваш. Бедный городишка. Перекоп. Постой народное бедствие. Артиллерийский лагерь в 4 верстах. Обед в Каховке. Бериславль, городок на Днепре. В Н<ово>-Воронцовке ночлег. Ужин в трактире. Обедня в Никополе.

Републикация Валентины Науменко


Примечания Ивана Бычкова (1901 г.)

1. Раевский Николай Николаевич (1801—1843), друг Пушкина и сын героя войны 1812 г.
2. У таврического губернатора, дейст. стат. совет. Матвея Матвеевича Муромцева.
3. Александр Иванович Казначеев (1788—1880), бывший (до 1837 г.) таврический губернатор, впоследствии сенатор.
4. Лейб-медик Николай Федорович Арендт.
5. Фамилия написана неразборчиво.
6. Варвара Аркадьевна Башмакова, рожденная княжна Суворова (см. «Русский Архив», 1887. Кн. 2. С. 188).
7. Вероятно, Андрей Николаевич.
8. В память путешествия по Крыму императора Александра I в 1824 г.
9. Сооруженный при князе М.С. Воронцове, служившем в молодости под начальством Кутузова. Близ места, где сооружен фонтан, Кутузов в 1774 г. был ранен в глаз в сражении против турок.
10. Академик Петр Иванович Кеппен (умер в Карабаге в 1864 г.). С 1829 г. жил в Крыму, где был помощником главного инспектора шелководства Стевена и изучал положение виноделия на юге России и местные древности.
11. Сенатор и генерал-лейтенант (умер в 1838), старожил Крыма (см. «Русский архив», 1887. Кн. 2. С. 187).
12. Известный австрийский посланник при Екатерине II, сопровождавший ее в путешествии по Южной России и получивший имение в Крыму.
13. Татьяна Борисовна (урожд. княжна Голицына), известная своим религиозным направлением (см. «Русский Архив», 1887. Кн. 2. С. 187).
14. Николай Андреевич Гартвис. По инициативе кн. М.С. Воронцова было устроено в 1828 г. при Никитском саде Магарачское училище виноделия. Н.А. Гартвис был потом директором Никитского сада.
15. Христиан Христианович Стевен (1781—1863), ботаник, был директором Никитского сада.
16. Доктор Федор Карлович Мюльгаузен.
17. Л. Майков. Батюшков, его жизнь и сочинения. (СПб., 1887). С. 299, 320—323, 325—327.
18. Описка, вместо: Массандру.
19. Бывш. одесский, а потом петербургский откупщик (см. «Рус. Архив», 1887. Кн. 2. С. 190).
20. Адъютант князя М.С. Воронцова.
21. Вильгельм Цан (Zahn, 1800—1871), известный немецкий архитектор и живописец, долгое время живший в Италии. Жуковский приобрел у него экземпляр его издания, посв. раскопкам Помпеи.
22. Князь Александр Николаевич Голицын.
23. Княгиня Анна Сергеевна Голицына, владения которой находились по соседству с Гаспрой (см. «Рус. Архив», 1887. Кн. 2. С. 203).
24. См. прим. 14.
25. Александр Иванович Орлай, адъютант князя М.С. Воронцова.
26. См. прим. 5.
27. Генерал-адъютант, граф (впоследствии князь) Алексей Федорович Орлов.
28. Река в Швейцарии, отличающаяся своей бурной стремительностью.
29. Мемет бей Булгаков, владелец деревни Коккоза (см. «Русский Инвалид», 1837. № 281).
30. Памятник над гробницей Ненекеджан-ханым, дочери Тохтамыш-хана, скончавшейся в 1437 г.
31. См. прим. 2.
32. Сима Бобович (ск. в 1855), уроженец Евпатории, был караимским гахамом (главным духовным лицом). О нем см.: В.Д. Смирнов. Грамота султана Османа II семейству иудейки Киры (СПб., 1895. С. 37—38), а также Архив князя Воронцова. Т. 39. С. 268.
33. Обер-шталмейстер князь Василий Васильевич Долгоруков (см. «Русский Архив», 1887. Кн. 2. С. 178, 184).
34. Великая княжна Мария Николаевна.
35. Вертящиеся дервиши.
36. Местный помещик князь Адиль бей Вала-туков (см. «Русский Инвалид», 1837. № 281).
37. Австрийский фельдмаршал-лейтенант, находившийся в свите эрцгерцога Иоанна.
38. Юлия Федоровна Баранова (впоследствии графиня), воспитательница великих княжон Марии, Ольги и Александры Николаевных. Находилась в числе лиц, сопровождавших царскую семью в Крым (см. «Русский Архив», 1887. Кн. 2. С. 178).
39. Живший в Георгиевском монастыре старый греческий митрополит Агафангел (см. «Русский Архив», 1887. Кн. 2. С. 183).
40. К.И. Арсеньев.
41. Князь Лев Викторович, сын канцлера князя Виктора Павловича.
42. Т.е. Мускомья.
43. Иностранные принцы, присутствовавшие на маневрах в Вознесенске и затем поехавшие в Крым.
44. Великая княгиня Елена Павловна, также прибывшая в Крым.
45. См. прим. 1.
46. Австрийский посланник в России.
47. Находившиеся в свите эрцгерцога Иоанна князь Лихтенштейн и фельдмаршал-лейтенант князь Виндишгрец.
48. Генерал от кавалерии граф Иван Осипович Витт (ск. 1840), был инспектором всей поселенческой кавалерии.
49. Лев Александрович Нарышкин и его жена Ольга Станиславовна, урожд. графиня Потоцкая (см. «Рус. Архив», 1887. Кн. 2. С. 204).
50. фрейлина графиня Екатерина Федоровна Тизенгаузен, находившаяся в свите императрицы.
51. Муж племянницы Жуковского, Анны Петровны Зонтаг.
52. Жена графа М.С. Воронцова, графиня Елизавета Ксавериевна, урожд. графиня Браницкая.
53. Графиня Варвара Григорьевна Шуазель была дочерью кн. Григория Сергеевича Голицына, двоюродного брата графини Е.К. Воронцовой (см. «Рус. Архив», 1887. Кн. 2. С. 187).
54. Великая княгиня Елена Павловна.
55. См. прим. 32.
56. Иван Михайлович Фовицкий, состоявший при цесаревиче Константине Павловиче и бывший наставником при его воспитаннике Павле Константиновиче Александрове, человек весьма образованный, знавший хорошо рус. литературу (см. Остафьевский Архив Т. 1. С. 485—486). В 1829 г. Жуковский приглашал Фовицкого переселиться в Петербург для преподавания польской истории наследнику Александру Николаевичу (см. «Рус. Архив», 1884. Кн. 3. С. 118—119, «Рус. Архив», 1889. Кн. 3. С. 131—132). Он жил в Крыму и в сороковых годах (см. «Рус. Архив», 1884. Кн. 3. С. 118).
57. Князь Сергей Иванович Мещерский, генерал-майор свиты Его Величества (см. «Русский Архив», 1884. Кн. 2. С. 202).
58. Канцлер граф К.В. Нессельрод.
59. Вы, граф, в Крыму точно на конгрессе (с фр.).
60. Прерванная любезная сцена (с фр.).
61. См. прим. 19.
62. См. прим. 11. А.М. Бороздин был женат на Софье Ивановне Давыдовой. Их дочь, Марья Андреевна, была замужем за генерал-лейтенантом князем Александром Ивановичем Гагариным.
63. Григорий Иванович Спасский (ск. в 1864), археолог.

Далее читайте о личных причинах поездки В.А. Жуковского в Крым:


В.А. Жуковский в Крыму: в поисках самого себя

В 1837 году для наследника Николая I – будущего императора Александра II – было организовано многомесячное путешествие по России с тем, чтобы показать цесаревичу страну, которой ему предстояло править. Маршрут этого путешествия – «Путеуказатель» – разрабатывался под руководством воспитателя наследника – великого русского поэта Василия Андреевича Жуковского, учителя национального гения России – А. С. Пушкина и организатора выкупа из крепостной неволи национального гения Украины – Т. Г. Шевченко. Кстати, именно воспитанный Жуковским русский царь Александр II в 1861 году отменит в России крепостное право и получит титул «Освободитель».

25 августа (6 сентября по н. ст.) 1837 года Василий Жуковский сопроводит наследника в город Вознесенск (Украина, Николаевская область) для участия в больших военных маневрах, на которые было собрано необыкновенное количество кавалерии и пехоты. Будущему Главнокомандующему страны этому тоже надо было учиться. Воспитатель цесаревича – человек сугубо гражданский. Ему это не интересно. Он передает ученика в руки императора, которого окружали многочисленные военачальники и иностранные гости, представлявшие в буквальном смысле слова всю Европу. Жуковский задумал в это время совсем другую поездку – он отправляется на целый месяц в Крым. К этому его побуждали две причины. 

Первая была связана со смертью 29 января (10 февраля по н. ст.) 1837 года после ранения на дуэли его младшего друга А. С. Пушкина. Именно в Крыму в 1820 году молодой поэт задумает ряд произведений, включая поэму «Бахчисарайский фонтан» и роман «Евгений Онегин», – которые принесут ему настоящую славу. В год смерти русского гения Жуковский решает посетить столь благодатную для Пушкина крымскую землю и совершить паломничество по местам, хранившим память о нем. Готовить эту поездку он, судя по всему, начинает через месяц-два после кончины поэта. Для этого в «Путеуказатель» им заблаговременно закладывается посещение царской семьей в сентябре 1837 года Крыма и Бахчисарая. Жуковский задумал провести в Крыму вечер памяти погибшего друга. 

Но была и вторая – неявная – причина этого путешествия. Крым являлся живым воплощением традиций тюркской культуры – крымскотатарской и турецкой. Кстати, этими традициями были напитаны многие произведения и замыслы Александра Пушкина 1820 года. Достаточно вспомнить, что именно после Крыма великий русский поэт начнет работать над циклом «Подражания Корану», состоящим из девяти стихотворений, каждое из которых развивает тему одной из сур священной книги ислама.

В.Жуковский. Рисунок материМатерью Жуковского, как известно, была турчанка Сальха. После взятия русской армией города Бендеры в 1770 году её подобрали и отослали в Россию на воспитание богатому помещику Афанасию Бунину. По слухам, она была из гарема паши. Красивую девушку обучили русскому языку и крестили в православную веру под именем Елизаветы Дементьевны Турчаниновой. Именно она родит А. И. Бунину его единственного сына. От жены у помещика из 11 детей достигнут совершеннолетия только четыре дочери. В паспорте указаны приметы матери Жуковского: «Росту среднего, волосы на голове черные, лицом смугла, глаза карие». У нее навсегда сохранилась привычка сидеть, поджав под себя ноги. Так ее и изобразит на своем рисунке поэт, получивший в подарок от матери карие глаза и черные как смоль вьющиеся волосы. 

54-летний воспитатель царя отправился в Крым, чтобы встретиться на этой земле лицом к лицу с миром той культуры, из которой вышла Сальха. Он хотел хоть частично окунуться на полуострове в атмосферу неизвестной ему второй родины. Мать о прошлом никогда ничего не рассказывала. Да, к ней хорошо относились в богатом имении, она даже станет домоправительницей, будет близкой подругой жены А. И. Бунина. Они и умрут в один год и месяц – в мае 1811-го. Но его, незаконнорожденного сына Сальхи, под чужой фамилией сделали дворянином. Он рос и воспитывался отдельно от своей матери, которая относилась к числу пусть привилегированных, но слуг. Душевной близости у сына с матерью появиться просто не могло. На могиле Сальхи в Москве на кладбище Новодевичьего монастыря он поставит скромный камень с буквами «Е. Д.». Тема их родства была для него болезненной и опасной, ее нельзя было публично касаться. Тем острее изнутри мучил поэта интерес к миру его матери. 

Эта изначальная психологическая и социальная раздвоенность личности поэта даст позднее основание Борису Зайцеву в книге «Жуковский» назвать его первым интеллигентом российской литературы.

Въехав в Крым, Жуковский жадно впитывает впечатления экзотического для него тюркского мира. 

Уже после уездного города Перекопа – в Армянске – он фиксирует «домики формы восточной» и упоминает непривычных для петербургского жителя верблюдов. Чуть ниже опять: «Арбы азиатские. Верблюды». Весьма характерно, что в Симферополе поэт добивается, чтобы ему был предоставлен «знающий татарский язык расторопный проводник». Он хочет иметь возможность прямого и беспрепятственного общения с крымскими татарами. По распоряжению генерал-губернатора М. С. Воронцова такого проводника он получил.

Остановившись в селе Мамут-Султан (ныне Доброе) в доме Мемет-мурзы, Жуковский с особой тщательностью перечисляет, что было подано на стол: кофе, «пироги саурма берек», курабье (поэт тут же указывает рецепт: «пирожки из муки и меда»), каймак, «кебан борит» («на сковороде», «мед, масло»). Никаких других кушаний, кроме крымскотатарских, поэт в своем дневнике не фиксирует. 

Точно так же бытовые подробности встречаются только в описаниях крымскотатарских поселений и домов. Так, прибыв в Биюк-Ламбат (ныне поселок Малый Маяк), Жуковский отмечает: «Татарская хижина <…>. В гостиной дивные полотенцы. На очаге казанок, на полу пшено, в алькове рябина. Женская часть. Хаос корзин, тряпья, жестяных кувшинов, алькоран. Плоская кровля и трубы. Вид на Кастель. Вид на Партенит. Дом муллы».

Примечательно, что Жуковский всюду будет в обязательном порядке посещать дома мурзы или муллы. По прибытии в Коккозы (ныне Соколиное) поэт навещает владельца имения Мемет-бея Булгакова и записывает: «Обед у Мемет-мурзы; его сыновья Селамет, Газан и Шехан-бей. Обед из: шорбы (суп), бек-балык (форель), пилавы и сармы». Есть ощущение, что поэта волнует сама мелодика крымскотатарских слов и имен. Он очень тщателен в их записи. 

Упоминания в дневнике о крымскотатарском мире порой весьма кратки, но за ними скрывается постоянное стремление поэта понять этот мир в его существе. Так, приехав в Каралес (ныне село Залесное), он оставляет скупое, но весьма многозначительное замечание: «Татарская гостеприимность. Честность без всякого доброжелательства». Поэт отмечает, что татарская гостеприимность распространяется не только на круг близких людей. Это принцип, который относится к каждому гостю.

9 сентября (21 по н. ст.) поздно вечером Жуковский прибывает в Бахчисарай и сразу отправляется осматривать Ханский дворец: «Дворец. Осмотр горниц ночью. Двор. Пушкина фонтан». Это сделано явно под влиянием устных пушкинских рассказов о пребывании в Крыму. Как известно, молодой поэт осматривал дворец именно вечером после долгой дороги верхом на лошадях из Георгиевского монастыря.

10 сентября единственная бытовая этнографическая запись также связана с тюркской культурой: «Завтрак у караима. Пирог и варенье». Видимо, поэта угощали кубете (пироги с бараньим мясом) и вареньем из лепестков роз. В этот день в дневнике снова встречаем: «Фонтан Пушкина».

Наконец, 11 сентября в заполненный толпами народа Бахчисарай на задуманный и заблаговременно согласованный Жуковским с царской семьей праздник, который в итоге окажется литературным и поминальным, прибывают губернаторы, высокопоставленные чиновники, дворянские представители, богатые помещики и мурзы, военачальники и религиозные деятели. Особо отметим приезд гахана (гахама) крымских караимов Симы Бобовича, одеяние которого поэт описывает в деталях: белая чалма, «красный камзол, зеленое бархатное нижнее платье».

Именно Симе Бобовичу была поручена подготовка Ханского дворца к приезду в Бахчисарай царской семьи, что было знаком особого доверия, которым он пользовался у императора Николая I. Выполняя это поручение, гахан крымских караимов в апреле 1837 года поехал в Константинополь для покупки мебели и других предметов обустройства дворца. Он был удостоен особого внимания со стороны султана Махмуда II, по приказу которого Симе Бобовичу приготовили отдельную комнату в султанском дворце. Графу М. С. Воронцову Махмуд II  отправил с гаханом в подарок несколько десятков золотых и серебряных рыбок из собственных прудов.  Если учесть, что вывоз из Оттоманской Порты золотых и серебряных рыбок султана был запрещен под страхом казни, это был очень дорогой и значительный подарок. 

Но вернемся в Бахчисарай. В два часа пополудни во дворец прибыли императрица Александра Федоровна и великая княжна Мария Николаевна. Государь и наследник задержались в Севастополе и прибыть не смогли. В честь царственных гостей вечером были иллюминированы не только мечети, дома и дворы, но даже горы. Великая княжна появилась перед собравшимися в подаренном ей в Бахчисарае нарядном татарском платье. Немногословный воспитатель наследника отметит и это. В Ханскую мечеть специально для высоких гостей были приглашены дервиши, которые совершили свой мистический обряд. Жуковский записывает в дневнике: «Дервиши в мечети. Поклоны. Лай. Кружение. Молитва». Поэт точно передает свои впечатления от мистического обряда, который ему пришлось наблюдать. Дервиши, приглашенные в Бахчисарай, во время беспрестанного кружения «испускали грудной стон, который трудно изъяснить».

Поздно вечером начинается поминовение Пушкина, поэма которого сделала Бахчисарайский дворец известным любому человеку в России. В дневнике следует краткая и выразительная запись: «Чтение “Бахчисарайского Фонтана”». Жуковский устроил для императрицы и всех гостей чтение вслух поэмы своего великого ученика. Это была первая после смерти поэта публичная акция его чествования. Думается, что воспитатель цесаревича не случайно выбрал для поминовения своего молодого друга именно 11 сентября. Это был последний день пребывания Пушкина в Крыму в далеком 1820 году: 12-14 сентября он покинул Таврическую губернию, направляясь через Одессу в Кишинев. 

Вечер в Бахчисарайском дворце был данью Василия Жуковского и погибшему гению, и тюркской культуре, взрастившей когда-то его мать Сальху.

Авторы:  В.П. Казарин, Л.А. Ширинская, И.С. Батрак