•  

     

     

     

    КРЫМ
  • 1

 

Керчь, древний город Пантикапей

Нынешняя Керчь получила свое название, вероятно, не раньше X в. Оно, может быть, дано русскими поселенцами, утвердившимися на противоположном берегу Керченского пролива (в древности "Киммерийского Боспора"). Впервые появляется название в форме "Корчев" на известном "тмутораканском камне", если он только оригинален, а не подделка конца XVIII в., как говорит на основании палеографических и других данных проф. И.А.Шляпкин. На этом камне (мраморный, теперь в Эрмитаже), относимом к 1066 г., говорится: "В лето 6576 (1068 г.) индикт 6 Глеб князь мерил м(оре) по леду от Тьмутороканя до Керчева 30,054 сяж... (сажень)". Итальянцы называли Керчь "Черкио", а турки, отнявшие у последних Керчь в 1475 г., "Черзети". Русские последний раз овладели Керчью в 1771 г.

В древности на территории Керчи стоял г.Пантикапей.

Пантикапей основан в конце VII в. или в начале VI в. до Р.Х. ионийским городом Милетом. Колонисты прочно обосновались на этом месте, представляя себе все выгоды местоположения. Город, находясь на границе Европы и Азии (как считали древние), в проливе между двумя морями (Черным и Азовским), должен был играть роль важного и прежде всего коммерческого пункта.

Греки застали здесь, как и около Херсонеса, тавров и скифов, соседями же их за проливом на азиатском берегу были синды, которые занимали Таманский полуостров (впоследствии они почти все в подчинении у Боспора), соседями синдов — мэоты, затем упоминаются тореты, дандарии, псиссы, ефатеи и др.

Небольшая колония Пантикапей в эпоху расцвета Афин приобрела мировое значение. Благосостояние Афин тесно было связано с пантикапейскими греческими колониями, и они самым энергичным образом добиваются и сохраняют свободный доступ в Понт; выражением этой настоятельной для Афин тенденции является пышная демонстративная морская экспедиция, посланная Периклом в Понт (444 г. до Р.Х.), чтобы укрепить с ним связи Афин и приобрести рынки, как для вывоза сырых продуктов, необходимых для Аттики, так и для ввоза из последней продуктов промышленной техники, а в то же время, чтобы показать могущество Афин (Плутарх).

Под именем Пантикапей жители его разумели всю окружающую территорию многочисленных греческих общин по восточным берегам Тавриды и Киммерийского (ныне Керченского) пролива; греки же митрополии и Эллады называли его Боспором. Страбон так описывает город: "Пантикапей представляет собою холм, со всех сторон заселенный, окружностью в 20 стадий; с восточной стороны от него находится гавань и доки, приблизительно для 30 кораблей; есть также акрополь; основан он Милетинами". Холм этот ныне называется Митридатовой горой, жалкие, почти совсем неисследованные, остатки акрополя находятся на юго-западной части горы. Гавань имели мол около 160 саж. О пределах Боспорского царства или владений г. Пантикапея трудно говорить, так как границы его были очень подвижны, да и слишком мало сохранилось сведений о них. Они были или очень большими, простирались, например, от Херсонеса до Танаиса, или очень малыми, едва сосредоточивавшимися в самом городе. Город Пантикапей сам был часто отцом колоний, а также и центральным органом всей близкой к нему жизни. Можно думать, что здесь существовал определенный государственный строй с первой половины VI в. до Р.Х., но какой, трудно сказать; может быть, это управление носило характер коммерческо-колонизаторской компании, но можно полагать, что чувство самосохранения заставило древние общины объединиться в союзы и управляться чрез выборных лиц. По аналогии с другими греческими городами можно думать, что здесь было построено управление по типу "города-государства" с демократическими тенденциями. Во второй четверти V в. на Боспоре утверждается типичная тирания, близкая к сиракузскому типу и в разных обстоятельствах разной силы. Замечательно то, что она беспрерывно существует около 700 лет (с V в. до Р.Х. по IV в. по Р.Х.). Первыми правителями, как говорит Диодор Сицилийский, были в продолжение 40 лет "археанактиды". Приурочивать к какому-нибудь лицу или династии это название трудно, так как нет определенных данных чтобы говорить даже о существовании династии. Только с начала V в. государственное устройство черноморских колоний можно считать ясным. С 438 г. до Р.Х. во главе управления Боспором стоит до конца I века до Р.Х. Фракийский кондотьер, как это было потом в Пергаме, приглашенный за известной вознаграждение со своей дружиной для защиты страны от варваров. Подобные приглашения наемников были в обычае у греков.

Во времена Спартокидов Афины связаны с Боспором и самым энергичным способом поддерживают сношения с ним. Эти сношения отражаются не только на культурном влиянии, которое обще с другими колониями Понта, но и на внутреннем строе города-государства: Афины определенно и настойчиво поддерживают тиранию Боспора.

"Спартокиды, захватив в свои руки власть в греческих общинах Боспора, уничтожили, конечно, их прежнюю вольность, но сохранили имя — призрак этой свободы, не принимая царского титула, а назывались архонтами Боспора и Феодосии, т.е. греческих городов; когда же они покорили варварские народы, то стали называться царями их". В надписях стоит сначала титул "архонта", а потом "царя", дабы показать, что "архонты Боспора приобрели себе царскую власть над варварами, а не варварские цари управляют греками". Могущество Спартокидов было велико. Демосфен про Левкона I (одного из Спартокидов) говорит афинянам: "Он постоянно оказывает вам благодеяния и притом такие, которые наиболее нужны нашему городу... К нам привозится хлеба (из Понта) гораздо более, чем к другим... И это происходит не только оттого, что эта земля производит огромное количество хлеба, но и потому, что ее правитель Левкон даровал беспошлинность купцам, везущим хлеб в Афины"...

Добрые отношения Спартокидов с афинянами были ознаменованы последними статуей, поставленной в честь Перисада (317-309) на агоре (площади). В декрете афинян на имя Спартока IV (303-284) прославляется он, как друг их, а за подарок хлебом в 10 1/2 тысяч медимнов "афиняне определили дать ему золотой венок и поставить две медные статуи его — на агоре и на акрополе".

При последних Спартокидах происходит сильное оскудение на Боспоре, как в общественных, так и в экономических силах. Здесь происходит тот же процесс, что в Херсонесе и в других греческих колониях. Но все-таки в меньшей мере, чем в Херсонесе. Подобно Херсонесу, Боспор сильно страдает от скифского царя Скилура и его сына Палака; скифы держат Пантикапей в постоянном страхе, заставляя платить дань, изнуряющую город. После второго похода Диофанта-Понтийского, полководца царя Мифридата VI Евпатора, — пришедшего в Тавриду для защиты Херсонеса от скифов и разбившего царя последних Палака, скифы сильным натиском взяли Феодосию и Пантикапей. На помощь последним пришел Диофант, изгнал скифов из пределов Боспорского царства и оставил в Пантикапее сильный гарнизон. Вероятно, самовольство понтийцев не понравилось пантикапейцам, и они подняли восстание, которое было Диофантом подавлено; но вскоре воспитанник царя Перисада, скиф Савмак, снова возмутил пантикапейцев против понтийцев и, убив царя Перисада, провозгласил себя царем. Диофант же, застигнутый врасплох, едва убежал в Херсонес, где собрал войско и наказал возмутившихся, а Савмака, закованного в цепи, отослал в Синоп к самому Мифрадату. С этих пор Мифрадат — единственный властелин Боспора. С него начинается династия Ахеменидов (между 115 и 106 г.г. до Р.Х.).

Рим в борьбе с Мифрадатом затратил громадные силы и с большим трудом уничтожил опасность, исходившую от последнего.

Мифрадат был исключительной личностью — он был полон неутомимости, жажды власти и неутолимой ненависти к Риму. Его первоначальный успех обусловливается его личным талантом и теми симпатиями, которые он умел вызвать в своих войсках, но он был один, у него не было сочувствия народов, через владения которых он проходил, и хорошего союзника. Друзья Мифрадата, "готовые исполнять все его приказания", говорит Аппиан, были "скифы, тавры, вастарны, фракийцы, сарматы и все племена, живущие от Танаида (Дона) до Истра (Дуная) и вокруг Мэотийского (Азовского моря) озера", но все они были весьма далеки от места его действий. Мечты Понтийского царя об изгнании римлян из Азии разбились о стройные железные ряды выносливых римских легионов, и ему пришлось бежать в Армению собирать силы для новой борьбы. По словам Аппиана, после первой войны с Римом, Боспор (и Колхи) отпал от Мифрадата. "Для борьбы с ним он строит суда, приготовляет огромное войско" и, быстро усмирив боспорян, "дает им в цари сына Махара" (около 70 г. до Р.Х.), вероятно, под своим надзором. После второй войны Мифрадата с Римом, когда последний чувствовал себя слабым для дальнейшей борьбы, Махар, пользуясь его слабостью, правил бесконтрольно Боспором. После же несчастной для Мифрадата битвы с Лукуллом, Мифрадат "послал просьбы о поспешной помощи к зятю своему, армянскому царю Тиграну, и к сыну Махару — правителю Боспора. Лукулл же "заключил дружбу... с Махаром, царствовавшим в Боспоре и приславшим ему золотой венец" (Аппиан), а "Махар — сын Мифрадата, владетель Боспора, послал ему (Лукуллу) венок ценою в 1000 золотых с просьбой о включении его в число друзей и союзников римлян..." (около 70 г.). Далее Аппиан так излагает события, связывающие Мифрадата и его деятельность с Боспором: бежав от Лукулла "к истокам Евфрата" и "зимуя в Диоскурах", Мифрадат строит планы: обойти весь Понт, живущих у Понта скифов и Мэотийское озеро, вторгнуться в Боспор и, занявши владения... Махара, обратиться против римлян... Несмотря на свое жалкое положение беглеца, он внушает к себе уважение и страх. Он проходит чрез земли "дружелюбных иниохов" и враждебных ахейцев, "вступает в Мэотийскую область, находившуюся под властью многих правителей. Вследствие славы своих деяний, царства и могущества, которое и тогда еще было значительно, он всеми был радушно принимаем и провожаем далее с богатыми дарами. Он заключил с ними союз, замышляя еще более смелые планы — вторгнуться чрез Фракию в Македонию... в Пэонию, а отсюда чрез Альпы в Италию. Для укрепления союза он обручил своих дочерей с могущественнейшими из правителей". Махар, узнав о приближении отца и о страшном гневе его за измену, сжигая Боспорский флот, бежит в Херсонес Таврический, но, преследуемый, кончает жизнь самоубийством (65 г. до Р.Х.). (По другой версии был убит по приказу отца.) Итак, Мифрадат в Пантикапее и, устроив здесь свои дела, шлет послов к Помпею о заключении договора; последний требует его собственного приезда, Мифрадат на это не соглашается и деятельно готовится к новой войне, но в этом время начались восстания против Мифрадата города Фанагории, а за ним и всех сильных городов, Херсонеса, Феодосии, Нимфея и друг., отложившихся вследствие тяжких поборов и невыносимого лихоимства его чиновников. Беспорядки поднялись и в собственном войске, часть его устала от походов, а часть была в связи с римскими агентами. Во время этой борьбы он лишился многих своих детей. Осталась одна надежда на сына Фарнака. Но Мифрадат не оставляет своих планов: "он задумал пробраться к кельтам... и с ними вторгнуться в Италию", подняв низшие угнетаемые классы в самой Италии. Дион Кассий (II-III в. по Р.Х.) характеризует его так в данный момент: "будучи деятелен от природы и испытав много неудач, но много и удач, он полагал, что для него нет ничего недостижимого или безнадежного, в случае же новой неудачи, он предпочитал погибнуть... нежели, лишившись царства, жить в унижении и бесславии"... Планы его сбылись. Брожение в войске сдерживалось только его личным авторитетом, "ибо Мифрадат даже и в несчастиях был великим царем и внушал к себе уважение". Толчок к восстанию дал Фарнак, любимейший сын Мифрадата, "... он составил заговор против отца" (тоже и у Диона Кассия), склонив недовольных на свою сторону. Оставленный войсками, Мифрадат в отчаянии от безвыходности положения и от огорчения пытался отравиться, но яд не действовал, так как при жизни он постепенно приучал организм свой к разным ядам. Тогда он попросил своего сотрудника по воинским подвигами, кельта Витита, заколоть его. Последний исполнил просьбу великого Мифрадата (по Аппиану). По Диону Кассию, Мифрадата убили приближенные, бросившись на него с мечами и копьями. "Так умер Мифрадат (говорит Аппиан), шестнадцатый царь после Дария, сына Гистаспа, царя персидского, и восьмой после того Мифрадата, который отложился от македонян и овладел понтийским царством... Жил 68-69 лет и царствовал 57 лет... Мифрадат, прозванный Евпатором и Дионисом", [(умер) "весной 63 г. в консульство Марка Цицерона и Гая Антония" (Дион Кассий)].

Труп его на поругание был послан любимым сыном Фарнаком врагу покойного Помпею в Синоп, но враг оказался благороднее сына: "Помпей выдал деньги на погребение тела Мифрадата и велел его прислужникам совершить обряд погребения тела Мифрадата по-царски и положить тело в Синопе в царских гробницах" (ср. Диона Кассия). "Фарнака... Помпей провозгласил другом и союзником римлян, предоставив ему власть над Боспором", а Фанагории дал свободу и самоуправление за восстание против Мифрадата.

Мифрадат ввел новую эру для летосчисления, так называемую "понтийскую". Начало ее с 457 г. от основания Рима, а по нашей эре 292 г. до Р.Х. На монетах Мифрадата и последующих правителей указывается год понтийской эры. Она была принята и в других городах, например, в Херсонесе, заимствована же в Вифинии, где в этот год Зипит принял царский титул. "Названия месяцев в этом летосчислении македонские". В надписях это летосчисление пока известно с Полемона.

Итак, на Боспор второй Ахеменид Фарнак (63-47 г. до Р.Х.), но под протекторатом Рима. С этих пор Рим с Боспором распоряжается, как с вассальным царством. Рим довольствуется наблюдением за царствовавшей династией и за сменой отдельных династов на Боспорском престоле. Пределы Боспора при Фарнаке значительно меньше, чем при его отце, когда в руках последнего была почти вся Таврида с Херсонесской областью и Азиатская (за Керченским проливом) часть к северу до города Танаида (устье Дона).

Теперь Фарнак — обладатель Пантикапейской области. Но он сильно недоволен такими пределами и ищет случая расширить их. Случай, как ему казалось, представился: он пользуется междоусобной враждой Цезаря и Помпея, когда зоркая наблюдательность римлян ослабла, и начинает расширять свои владения сначала за счет Фанагории, а затем на южно-черноморском берегу в Понте и в Вифинии. Аппиан говорит, что "Фарнак... победил фанагорийцев, не причинив им никакого вреда; сделал их своим друзьями", потом "взял Синоп и, простирая свои виды на Амис, вступил в борьбу с римским полководцем Гнеем Домицием Кальвином" и нанес ему поражение у Никополя; Амис был взят, разграблен, а затем Фарнак пошел в Вифинию. В это время он получил известие, что, оставленный им на Боспоре, его полководец Асандр поднял восстание. Фарнак тотчас же прекратил дальнейшее наступление и поспешил в Тавриду, но не успел уйти с малоазиатского берега, так как Цезарь быстро явился из Египта к берегам Понта. Фарнак в страхе пытался войти в переговоры, Цезарь их отклонил и в битву у г.Зелы (49 до Р.Х.) разбил Фарнака. Последний едва убежал со своими приближенными в Синоп, переправился в Тавриду, собрал скифов и сарматов и, быстро овладев Феодосией и Пантикапеем спешит усмирить Асандра, но в битве с ним был ранен "и умер 50 лет от роду" (47 г. до Р.Х.).

Асандр до власти жил в Нимфее, некоторые из ученых говорят, что он был потомок Спартокидов. Он женился на дочери Фарнака, внучке Мифрадата, известной в истории Боспорского царства, Динамии, чем приобщил себя к династии Ахеменидов. Лукин Самосатский говорит, что император Октавиан дал ему титул царя.

Страбон рассказывает, со слов Ипсикрата, что Асандр, защищая свои пределы от соседей в Тавриде, отгородил их "стеной... длиной в 360 стадий и поставил по 10 башен на каждой стадии". Это — так называемый "Вал царя Асандра" или "Асандров вал". Тот же писатель замечает, что его владения, как и во время Фарнака, простирались до устья Дона.

После Асандра целый год еще правила супруга последнего, Динамия, дочь Фарнака (16 г. до Р.Х.). От ее царствования остался золотой статер с ее изображением и изображением на обратной стороне герба Ахеменидов: звезда и полумесяц.

В Императорском Эрмитаже хранится чудный бронзовый бюст женщины, по исследованию проф. М.И.Ростовцева, представляющий портретное изображение царицы Динамии. Она представлена, как царственная жрица бога Мифры и как потомок Ахеменидов. Изображение представляет женщину средних (около 35-45) лет, умеренно полную, во "фригийской шапочке" (Мифра позднеиранский бог имеет такую же шапку: она имеет форму конусообразного колпачка с загнутой наперед острой верхушкой), усеянной по краю розетками и звездами — гербами Ахеменидов. Выражение лица благородное, возвышенно-сосредоточенное. Сходство этого бюста с монетами Динамии не дает сомнения в принадлежности его этой знаменитой женщине. Монета ее издана в английском сочинении Minn'sa "Scvthians and Greeks", а бюст издается проф. М.И.Ростовцевым. За ней правят Скрибоний, Полемон (не Ахемениды) и Аспург, за которых Динамия последовательно выходила замуж. В лице Аспурга и его пожилой супруги-мачехи — Динамии восстанавляется на Боспоре династия Ахеменидов, прерванная Скрибонием (15 г. до Р.Х.) и Полемоном (14-8 г. до Р.Х.).

Аспург (8 г. до Р.Х. — 38 г. по Р.Х.), утвержденный императором, "властвовал над многими соседними народами и, покорив скифов и тавров, расширил пределы государства" (Латышев).

Известия древних писателей о последних царях Боспора весьма скудны. Дальнейшая история пользуется эпиграфическими и нумизматическими материалами. Рим требует, чтобы на монетах Боспора были только монограммы царей. В 39 г. по Р.Х. император "Гай Калигула, по решению Сената,... Полемонову сыну Полемону отдал царство его отца"... "В 41 же году император Клавдий... Мифрадату, ведшему свой род от знаменитого Мифрадата Евпатора, подарил Боспор, а Полемону (сыну Полемонову) дал область Киликии" (Дион Кассий).

Котис I (45-62), верный вассал Рима, получил от него золотую корону, скипертр, курульное кресло и оружие с почетной надписью. На монетах его — изображения римских императоров (Нерона и др.), и только одна его монограмма свидетельствует, что они принадлежат Боспору. При Котисе I был поход Т. Клавдия Сильвана (60 г.) против скифов, окончившийся поражением последних и торжеством римского оружия. Император Нерон воспользовался этим, чтобы "свести боспорских царей на степень вполне подчиненных правителей". После похода Сильвана побережье Боспора было занято римскими войсками. Со смертью Котиса (ок. 62 г.) прекратилась династия Ахеменида, и "милостью Рима" вступила в управление династия "Рескупоридов", в лице Тиберия Юлия Рескупорида I (71-92).

Он известен из памятников эпиграфических и нумизматических. В надписи из Тамани говорится, что он — сын царя Юлия и был утвержден Римом еще до 71 г. по Р.Х. при императоре Веспасиане (69-79); был верный вассал Рима, за что имел и подарки, как и Котис I. Тиберий Юлий носит чисто римское имя, только удерживает свое cognomen — Рескупорид. В одной надписи (80 г. по Р.Х.) говорится, что Рескупорид I дал приют евреям, бежавшим на Боспор из Палестины. По разрушении Иерусалима Титом в 70 г., беглецы построили в Пантикапее свой храм с разрешения царя. О пребывании на Боспоре евреев еще в раннее время говорит одна надпись, найденная в Феодосии, в которой говорится о существовании здесь какой-то общины, посвященной "высочайшему милостивому богу". Евреи еще во время Мифрадата Евпатора здесь играют роль, как торговцы и ремесленники. При Рескупориде "вновь начинается чеканка боспорской автономной монеты". После Рескупорида I — Тиберий Юлий Савромат I (93-4-123-4 г.). В надписях он именуется, как потомок Посейдона, Геракла, великий царь царей Тиберий Юлий Савромат, сын царя Рескупорида, любимый императором и римлянами, благочестивый, благодетель и т.д.; из надписей же видно, что слава его была велика.

Боспор и Рим сносятся постоянно при помощи гонцов; сношения эти касаются тех народов, которые в это время беспокойно двигаются в южно-русских степях. "Боспор, в роли дозорного пункта Римской империи", по ее поручению должен зорко следить за положением дел в Прикубании, Придонии, Приднепровии и Прибужии и немедленно доносить обо всем в Рим.

Во время Рескупорида IV (240-262) в Тавриду проникли из юго-западных приднестровских, прибужских и приднепровских областей германские племена во главе с готами; они уничтожили политическую физиономию скифов и завладели всей Тавридой, держа в страхе и, покинутого в это время Римом, вассала его, Боспор. Готы не остановились в Тавриде; они, быстро обосновавшись здесь, направляются к своей цели — южному побережью Понта, боспорцы же "из страха" дают им свои суда для переправы и служат в роли перевозчиков для готов и покоренных ими народов по Черноморским берегам. Готы опустошают Малую Азию, острова и берега Эгейского моря. Описано последнее автором "Новой истории" Зосимой (около 450-502 г.). Эти же готы погубили Ай-Тодор и Феодосию, Херсонес же подчинился им до владычества Византийской империи. Боспор с этих пор — слуга готов. С Рескупорида IV до Тиберия Юлия Тирана (276-278) мы не встречаем наименований, говорящих о зависимости царей от Рима, как видимо, готы держат Боспор в своих руках, а его правители на монетах именуют себя только царями, Тиран же снова принимает наименование, говорящее о вассальности пред Римом; из надписи также видно, что его правление расширилось на оба берега пролива и на Феодосию.(16)

Интерактивная карта погоды в мире

!!! Чтобы найти нужное вам место, просто передвигайте карту в окошке с помощью зажатой левой кнопкой мышки.